Facebook   Rus

El Niño вырос и примеряет на себя прозвище Бык


Sergio García: «Rusia es un país con una buena cantera de deportistas sobre todo las tenistas rusas son fantásticas»

Когда он появляется на поле для гольфа, женщины аплодируют и выкрикивают его имя. А еще он известен как бывший ухажер теннисистки Мартины Хингис. Его лицо до сих пор сохраняет удивительные черты детской наивности, хотя теперь его имя известно всему миру, и это имя он завоевал по праву. Серхио Гарсия сегодня — в мировой десятке лучших гольфистов.

Когда-то его называли «el Niño» («Мальчик»), теперь он — один из самых активных спортсменов всех проводимых гольф-состязаний. Его жизнь гламурна и удивительна: в его распоряжении есть личный самолет и дома в Лэйк Нона (Флорида) и Кранс Монтана (Швейцария), в теннис он играет с Рафаэлем Надалем, ухаживает за самыми красивыми девушками… Кроме того, Серхио занимается благотворительностью. Благотворительный фонд его имени помогает больным детям. Всего, что у него есть, Гарсия достиг благодаря гольфу.

Об этом и многом другом Серхио Гарсия, номер один испанского гольфа, рассказал в интервью нашему журналу.

LINDA: Учитывая то, что «Мальчик» уже подрос, а Тайгер — только один, какое прозвище вы бы придумали себе сегодня?

SERGIO GARCIA: Бык! Но только не из-за рогов, не подумайте! Бык — воплощение силы, это испанский символ, я всегда ношу его изображение на чехле для драйвера.

L: Когда вы выходите на поле, вам аплодируют, особенно женщины. А знают ли они, что в вас самое лучшее?

S.G.: Полагаю, они знают, что я особенно хорош на дальних ударах и в игре клюшками с железными головками. Кстати, мой драйв самый длинный среди спортсменов. А вот на отработку коротких ударов мне еще придется потратить время и силы. Не то, чтобы они были откровенно слабыми, но они слабее, чем у самых сильных гольфистов.


L: А что вы думаете о подготовке российских спортсменов?

S.G.: Россия — это страна, которая должна быть счастлива своим спортивным богатством, тем, что она преподнесла миру. Например, в теннисе — это нечто невероятное. Российские теннисистки Динара Сафина, Светлана Кузнецова, Мария Кириленко, Наталья Петрова намного превосходят общий уровень. А великолепная Анна Курникова! У меня вообще нет слов.

L: С теннисом понятно. А что насчет гольфа? Нравится ли вам кто-то из россиянок?

S.G.: Более всего я наслышан о Марии Верченовой, которая участвовала во множестве европейских турниров, в том числе в Гейлсе. Мне кажется, что в России при подготовке спортсменов очень большой упор делают на ответственность и дисциплину, особенно в ходе тренировок, что прекрасно сказывается на их выступлениях.

L: Вы сказали «ответственность», «дисциплина»… А что значат для вас самого эти понятия?

S.G.: Давление на мою игру могу оказать только я сам, и больше никто. Что думают другие, мне неважно и на меня никак не действует. Я вполне самостоятельно определяю, какой должна быть моя игра, чего я хочу получить в итоге и, главное, каким образом этого достичь.

L: Вы когда-нибудь бывали в России?

S.G.: Мне очень хотелось бы побывать там, более того, я вам признаюсь, такое путешествие я уже давно планирую. Поэтому мой ответ — пока еще нет, но в ближайшем будущем — да!


О ВКУСАХ

L: Кто, на ваш взгляд, самый великий гольфист в истории?

S.G.: Думаю, Джек Никлаус. Его достижения широко признаны.

L: Чем любите заниматься в свободное время?

S.G.: Другими видами спорта — падель, теннис, футбол, лыжи. Люблю чтение, фильмы, музыку. Кстати, недавно я играл с Рафом Надалем. Он сказал мне, что я бью ракеткой, словно клюшкой, то есть вполне профессионально, но допускаю ошибки, типичные для любителей. Рафаэль — мой большой друг.

L: У вас есть любимое блюдо?

S.G.: Обожаю рис с омаром и хамон «de pata negra». В целом испанская кухня мне очень нравится.

L: Вы из тех, кто любит повеселиться с друзьями, или на это нет времени?

S.G.: Время от времени удается, когда бываю дома. Тогда мы собираемся с друзьями. Это хороший способ отвлечься и расслабиться.

L: Как вы относитесь к желтой прессе?

S.G.: Скажу честно, я ее не люблю, даже, вернее, просто не читаю эти сплетни. Лучше я почитаю хорошую книгу или послушаю музыку.


О СЕМЬЕ

L: Что вы чувствуете, когда не получается тот результат, которого ждали от вас поклонники?

S.G.: Да-да, я знаю, что от меня ждут хороших результатов, особенно побед. Я первый в них заинтересован и этого, собственно, и добиваюсь, когда начинается турнир. Ну а давление со стороны болельщиков? Конечно, всегда присутствует, но я спокоен, а потому уверен в своей игре и ее результатах.

L: Ваши победы немыслимы без имени вашего отца, Виктора. Именно он привил вам любовь к гольфу…

S.G.: Это точно. Возможно, что он переживает за меня — даже слишком, на мой взгляд, впрочем, он, кажется, уже понял, что нужно немного… отойти в сторону. Но, что бы там ни было, я не забываю, что он не только человек, который научил меня всему в гольфе, но еще и мой отец.

L: Кстати, о вашей семье. Судя по всему, все Гарсия так или иначе связаны с испанским гольфом?

S.G.: По крайней мере стараемся быть ему полезными. Мой отец участвует в турнирах категории «senior». Он также участвовал в восстановлении турнира Open в Испании и организации Cuatro Tours. Моя мама возглавляет фонд, мой брат — Ассоциацию гольф-полей Кастельона. Делаем все, что можем, для развития гольфа в Испании.

L: Чувствуется, что вы высоко цените семью. Не задумываетесь о создании собственной?

S.G.: Почему бы и нет? Я очень люблю детей. Хотел бы в будущем видеть, как два или даже три маленьких Серхио резвятся по дому. Но пока мне не хватает времени.


О ДОБРЕ

L: Как вы себя чувствуете в Штатах, где пользуетесь большим успехом?

S.G.: Знаете, когда я планирую сезон, всегда стараюсь распределить усилия равномерно между американскими и европейскими играми. Конечно, стараюсь участвовать в мероприятиях, организуемых в Испании.

L: Значит, приходится жить на несколько домов?

S.G.: О, да, я живу по всему миру. Правда, свой дом в Штатах почти не использую, это, скорее, вложение средств, чем место проживания, в общей сложности, я провожу там не более трех недель в году. В Кастельоне с семьей провожу больше времени, но не намного. Зато мне очень нравится мой дом в Швейцарии. Пару месяцев в году обязательно там отдыхаю и восстанавливаюсь.

L: Одно из ваших занятий, как известно, поддержка фонда Aladina, который помогает детям, больным раком, и их семьям.

S.G.: Благотворительностью необходимо заниматься. Более того, когда я занимаюсь благотворительностью, это доставляет радость и мне самому. Вот, к примеру, в прошлом году мы организовали благотворительные турниры по всей Испании. Все деньги целиком были направлены в фонд Aladina. Потом, после турнира в Мадриде, я побывал в клинике у ребят на празднике, и невозможно передать, что ты чувствуешь, когда видишь благодарность в глазах этих малышей…

L: Ваше имя часто звучит в связи с различными благотворительными актами. Вспомним фонд, который носит ваше имя и помогает, скажем, приобщиться к миру спорта детям с различными заболеваниями.

S.G.: Я считаю, что мне в жизни повезло, ведь судьба мне подарила так много, что я хочу поделиться с теми, кому в этой жизни повезло меньше всего. А с помощью фонда мне удается многое сделать в этом направлении.

L: Например, открывать медицинские центры для инвалидов…

S.G.: Понимаете, мне нравится этим заниматься. Это хорошее дело, которое делаешь от души. Ведь у нас есть возможность помочь тем, кто нуждается в помощи. А счастливые лица детей ни за какие деньги не купишь…

L: Наверное, занимаясь такой деятельностью, вы отрешаетесь и от напряжения, которое приходится испытывать в турнирах?

S.G.: Может быть. Хотя это точно не является самоцелью. Я скажу так. В соревнованиях нужна физическая подготовка, но для победы нужен и соответствующий психологический настрой. Это главное, что требуется, чтобы выдержать напряжение четырехдневных турниров.


О ЛИЧНОМ

L: Ну, а женщины? Они помогают расслабиться? У вас такой интересный список — от Мартины Хингис до Морган Лей Норманн…

S.G.: Ха-ха, о моей личной жизни, и вы, журналисты, это знаете прекрасно, я не люблю распространяться. Как у любого мужчины моего возраста, конечно, у меня есть романы, но говорить о них не буду. Я совершенно не хочу, чтобы в журналах появились рассказы о них.

L: У вас столь интенсивная жизнь, полная разъездов, как вам удается ее организовывать?

S.G.: Стараюсь принимать участие в 18—19 турнирах в Штатах и в 10—12 — в Европе. В результате выходит 26—27 турниров в год, включая Большой шлем и мировой кубок. К таким цифрам я уже привык, они для меня счастливые.

L: У вас не возникает иногда ощущение, что жизнь проходит мимо?

S.G.: Нет, я люблю путешествовать, к тому же легко засыпаю в самолетах. Недавно летели за океан 14 часов, так из них лишь пару я бодрствовал. Считайте, поспал длинную сиесту.

L: Тяжело быть столько времени вне дома?

S.G.: Я ведь не один, со мной всегда находится кто-нибудь из родных. Семья едет со мной, когда может. К тому же у меня хорошие отношения с менеджером и моими «caddies». Мне нравится, чтобы со мной всегда кто-то был.

L: После десятилетия игры какой турнир вы назвали бы любимым?

S.G.: Мне всегда нравился британский Open, там особое ощущение. Конечно, La Ryder, он очень отличается от остальных. Ну и обязательно Castellón Masters, его дебют прошел с успехом, было много участников, и победа была поразительной. Выигрыш у себя дома всегда ощущаешь по-особенному.

L: Как думаете, вы смогли бы потеснить с пьедестала короля гольфа Тайгера Вудса?

S.G.: Сейчас сложно — и мне, и кому бы то ни было. Он исключительный игрок, он войдет в историю гольфа. Мы не раз были рядом, и мне нужно приблизиться к нему еще ближе. Веря в себя.

L: И последний вопрос. Среди тех спортсменов, кого вы знаете, кто вас наиболее удивляет?

S.G.: Честно сказать, я знаю стольких, что затрудняюсь кого-то выбрать, чтобы другие не обиделись. Ну, если настаиваете, могу назвать теннисиста Рафаэля Надаля, я вам о нем рассказывал, у нас с ним хорошие отношения. Недавно играли с ним в гольф. Еще — Майкл Джордан. Я хорошо помню, как меня с ним познакомили, он просто невероятный человек.

Публиковалась в " LINDA "№4 (2010) 25 января 2011 3167 просмотров