Facebook   Rus

Испанская сага


Марибель Верду: “МНЕ НРАВИТСЯ СОЗДАВАТЬ ОБРАЗЫ ТЕХ, О КОМ ЛЮДИ МЕЧТАЮТ”
В ее карьере за последние  годы — две успешные роли: в фильме «Слепые подсолнухи», где  она сыграла роль матери в эпоху  после гражданской войны в Испании. Другая — в «Тетро» Фрэнсиса Форда Копполы. Но Марибель Верду продолжает стремиться к вершинам кинокарьеры. В ее ближайших планах — роль мачехи Белоснежки в фильме, который снимут в жанре немого кино.

МАРИБЕЛЬ ИЗАБЕЛЬ  ВЕРДУ РОЛЬЯН (исп. María Isabel Verdú Rollán; родилась 2 октября 1970 года в Мадриде) — испанская актриса. Наиболее известна по ролям в фильмах «И твою маму тоже» (2001) Альфонсо Куарона и «Лабиринт Фавна» (2006) Гильермо дель Торо.

Актерскую карьеру  начала в 13 лет, став сниматься в рекламе и телесериалах. В 2007 году была приглашена в Американскую академию киноискусства. В 2008 году получила премию «Гойя» за лучшую женскую роль в фильме «Семь бильярдных столов». В 2009 году была награждена Национальной премией кинематографистов Испании.

Замужем за Педро Ларранагой, сыном актера Карлоса Ларранаги.

Недавно ей была вручена  Национальная кинопремия Испании. Позади — 25-летний путь в кинематографе. До ноября ее жизнь полностью  займет театр — постановка «Дикий бог» («Un dios salvaje»). С января следующего года ее ждут съемки сразу в четырех лентах.

А еще Марибель — это  всегда улыбка на лице и вечная любовь к жизни. Она обожает музыку, чтение и любит побыть одна. В  такие моменты она подзаряжается  энергией. Ходит в спортзал. Не представляет себе кино без пакета кукурузы. Постоянно  повторяет, что очаг и кухонная плита  — это не для нее.


— Марибель, вас привыкли видеть в Марбелье и Пуэрто-Банусе, где вы с вашим супругом Педро  Ларранагой любите бродить  как туристы.

— Да, мы обожаем Марбелью, мы даже приобрели здесь дом. До недавнего времени мы с моей золовкой Ампаро даже на пару держали ресторан в Нуэва Андалусии. Мне очень нравится, что здесь так много света и солнца, у меня это место ассоциируется только с отдыхом. Здорово смотреть на бесконечное голубое море…

— Вы уже привыкли к тому вихрю, в который превратилась ваша творческая жизнь?

— Многое уже пришлось пережить, уезжать и возвращаться, мне остается только воспринимать все как естественный ход событий. Единственное, чего мне хочется, это сниматься в тех фильмах, которые мне нравятся. Съемки ради съемок или только потому, что они делаются в Америке, — это не для меня.

— Сейчас вы готовитесь к роли мачехи, а вот Белоснежку вам не хотелось бы сыгать?

— Ну, я не в том  возрасте, а потом, роль мачехи —  намного круче. Сам по себе проект — фантастичный. Пожалуй, самый рискованный за всю историю. Это будет «Белоснежка и семь гномов» в черно-белом варианте и совершенно немое кино! Как в 20-е годы прошлого века.

— И вас  ждут новые проекты с режиссерами-женщинами. Вы становитесь феминисткой.

— (Смеясь.) Да, сначала  снимаюсь в главной роли у Паулы  Ортис, арагонского режиссера. Ее лента  рассказывает о жизни трех женщин на разных этапах, это будет очень  сильная, эмоционально насыщенная вещь. Рабочее название фильма — «От твоего окна до моего» (De tu ventana a la mía), там я буду работать с Барбарой Гоэнагой и Раулем Арéвало. А потом меня ждет новая лента Грасии Керехета. Честно говоря, я работала бы с ней всю жизнь, мне здорово повезло, что она меня позвала на такую роль.


— Кстати, говоря о  женщинах, напомню вам, что наш  журнал читают многие россиянки…

— О, русские женщины  — красивейшие создания. Сейчас, когда  я работаю в проекте Белоснежки, знаете, признаюсь, я всегда себе воображала, что Белоснежка — русская, словом, похожая на них. Любопытно, что все так привыкли к образу, созданному Уолтом Диснеем. А вот если бы я ее сейчас рисовала, я бы изобразила Белоснежку с белейшей кожей лица и светлыми волосами, очень красивую, как русские женщины, которые завораживают испанцев той прозрачностью, которую они излучают…

(Смеясь.) Нет, я точно  знаю, что Белоснежка должна быть  русской.

— Марибель, расскажите, пожалуйста, где вы храните статуэтку  премии Гойя?

— Как и все мои  награды — в моем кабинете. Все  они там, от Ариэля, полученного в  Мексике, до Гойи и других.

— Да, у вас их немало, не хватает, пожалуй, какой-нибудь от российской академии?

— Дай-то Бог! Я поеду  работать в Йоханнесбург, в любой  город России или в Альбасете — лишь бы мне нравился проект, в который меня приглашают. Конечно, мне бы хотелось сняться где-нибудь в России, там такая великолепная природа… Знаете, ведь и здесь, в Испании, появляются актрисы из бывшего советского пространства. Вот Наташа Яровенко, которая снялась в новом фильме Хулио Медема.


— Приходилось ли вам видеть советские или российские фильмы?

— Да, и они мне  понравились. Они из разряда тех, которые затрагивают душу, заставляют страдать, плакать, а потом, наоборот, развлекают — именно такие работы мне и нравятся, и там их умеют делать. Я не могу воспринимать вещи беззаботно и походя, я привыкла во все вкладывать интерес, душу и энтузиазм.

— Какой фильм в  вашей кинокарьере вы назвали бы «переломным»?

— Вся  жизнь циклична, поэтому и в  моей киножизни есть ленты, которые  разделяют все на «до» и «после». Я бы назвала картины «Любовники» (Amantes), «Добрая звезда» (La buena estrella), ленту «И твою маму тоже» (Y tu mamá también). Последним из таких «переломных» и ярких стал «Лабиринт Фавна» (El laberinto del fauno), этот фильм стал моим вторым рождением. Еще одна лента, которая меня обогатила как личность, — «Семь бильярдных столов» (Siete mesas de billar francés) Грасии Керехета.

— Между тем у  вас был фильм Фрэнсиса Форда  Копполы. Он пригласил вас на съемки в «Тетро» — историю о творческих людях...

— «Тетро» — особая, интимная лента. В ней надо разглядеть оттенки: это очень личная лента, его лента. А работа с таким маэстро, как Коппола, — это что-то, чего у тебя никто не отнимет.

— Как вы полагаете, почему он вас выбрал?

— Не знаю. Когда на церемонии вручения «Оскара» Коппола подошел ко мне поздравить с «Лабиринтом  Фавна», он не сказал мне про  фильм. Он предложил мне сотрудничество позже.

— Каков Коппола  как человек?

— На меня он произвел огромное впечатление. Он очень простой человек в самом хорошем смысле этого слова: в нем столько таланта, такта и ума, благодаря которым я чувствовала себя человеком, королевой, и вообще самой-самой…


— Голливуд не проявляет  к вам интереса?

— То, что мне там  предлагали, — типичные американские штучки. Они даже мне как зрителю  не интересны, а я следую моим принципам. Конечно, я всегда говорила: «Вот если меня позовет Коппола, братья Коэн  или Вуди Аллен…».

— С такой философией еще «вкуснее», когда  такие сюрпризы случаются…

— Конечно. Ведь в конце концов самое главное, что меня характеризует,  — это моя работа.

— Если бы  вы не жили в Испании, какое  место бы выбрали?

— Буэнос-Айрес, мне  очень нравится этот город, там я  чувствую себя как дома, хотя он находится  в 12 тысячах километров отсюда.

— Вы просыпаетесь и говорите: «Сегодня я…»?

— Да никогда. У меня нет амбиций или мечты, которую  хотелось бы воплотить. Поэтому меня вдохновляет все, и жизнь мне  всегда дарит сюрпризы. А так я  ничего не жду от нее.

— В 90-е годы фильм  «Любовники» (Amantes) произвел эффект разорвавшейся бомбы, и вот в «Овьедо Экспресс» вы снова оказались с Хорхе Сансом. Какой оказалась эта новая работа?

— Это невероятный  фильм, ведь я оказалась вновь не только с Хорхе Сансом, но и с Кармело  Гомес, Аитаной Санчес-Хихон, Нажвой Нимри, Барбарой Гоенада. Мы все поддерживаем дружеские отношения, и было здорово объединить нас всех снова в одном проекте. Это было хорошее сумасшествие.


— Для зрителей вы — эротический миф. Но, судя по последним фильмам, это уже  в прошлом?

— Мне нравится, когда мне говорят, что я создаю эротичные образы, что я — миф. Для этого создаются фильмы, я демонстрирую свое тело, и для этого я его поддерживаю в форме. Но иногда у зрителей недостаточно воображения, они не отдают себе отчет, что за шалью в «Лабиринте Фавна» кроется все то же тело. Мне нравится создавать образы тех, о ком мечтают.

— Некоторые актрисы  жалуются, что после определенного  возраста для них нет ролей.

— Роли, которые мне предлагают сейчас, — самые лучшие в моей карьере. С годами мне предлагают все более сильных персонажей.

— И при этом вы почти два года не снимались в  кино. Не нашлось хороших проектов?

— Просто тогда снимали других людей, но поскольку я прагматична, то я работала в театрах и на телевидении. И просто сказала себе: «Такова жизнь». Падала духом, плакала… И потом неожиданно появился Гильермо дель Торо.

— Вы говорите о режиссере, который ролью в фильме «Лабиринт Фавна» вновь вывел вас на большую киноорбиту.

— Когда я снималась, говорила себе: «Я участвую в замечательном фильме, хотя меня никто там толком и не разглядит». Я в этом была уверена, так как мой персонаж был скрытый, и полюбуйтесь, чем все обернулось.


— Если бы десятилетие  назад вам сказали, что все  это произойдет, поверили бы?

— Никогда ничего не загадываю. И потому со мной случаются  чудеса. Прелесть заключается не только в том, что мне подарило кино, но и в том, чего оно мне не подарило. Последнее меня научило быть терпеливой — меня, которая в помине не знала, что такое терпение. Научило понимать, что все приходит моментами, что сегодня повезло мне, а завтра — другому человеку. Что сегодня мой дом здесь, а завтра там. Самое главное — это всегда стоять двумя ногами на земле.

Публиковалась в " LINDA "№6 (2010) 14 декабря 2010 3626 просмотров